buggybugler

    Утро на кладбище (Рассказ)

    Утро на кладбище (Рассказ)
    Веселые рассказы из российской действительности

    Утреннее кладбище. Темно. У свежезарытой могилы раздается могучий храп. Это, развалившись на газете, служившей прошедшим вечером столом, спят двое гробокопателей – Степан и Василий. Третий – Константин – спит сидя, прислонившись к соседнему памятнику. На мгновение храп прерывается: Степан чешет левой ногой правую. Испугавшись движения, с чириканьем взлетает стайка пировавших среди остатков закуски воробьев. Самый жадный из них через силу машет крыльями и поэтому немного расслабляется. Горячая капля серым пятном расплывается на лбу Степана. Воробей, делая вид, что ничего особенного не случилось, улетает прочь, Степан открывает закисшие глаза, тупо оглядывается вокруг и, еле ворочая распухшим языком, говорит:

    – Ыы-ы-е, ммм-мы, башка, – шарит рукой вокруг себя, натыкаясь на липкую и неприятно пахнущую субстанцию. – Вась... кх, Васюхха, и где тут у нас?

    Васька стонет и противно отрыгивается. С губ слетают яичная скорлупа, кусочек засохшего помидора и улитка.

    – А? Чего?

    – Опххся де?

    – У Константина.

    – Костяня, – обращается Степан к третьему гробокопателю, – пора гляделки открывать, рабочий день – душа развернуться просит, а пузырь у тебя.

    Василий, скрипя суставами, присоединяется к Степану и толкает Константина локтем в бок.

    – Выпивон давай, слышь?

    Константин молчит. Нехорошее подозрение искажает грубые черты Василия.

    – А ты часом его не выпил?

    Константин продолжает хранить молчание.

    – Ты... ты, Степик, этот... а-а-а! – кричит Василий и нервно бьет Константина в глаз. – Водку давай! Давай водку!

    Константин дергается и падает. Василий (визгливо):

    – Точно, вылакал, урод, сам всю вылакал, – пинает Константина ногами, затем, распалившись, хватает куски хлеба, огурцов и бросает в своего товарища. – Жри, все жри. На! На! – срывает с себя перепачканный пиджак, снимает штаны, ботинки. – Бери, сучкодав!

    Вдруг Степан хлопает себя ладонью по лбу.

    – Надо ж, ексель-моксель, забыл, совсем забыл. Я ее в памятник мужика вложил, вон, виднеется. У него там сзади кусок ноги отвалился. В ступне и лежит.

    Василий, натыкаясь на надгробья, бежит за бутылкой. Степан кричит ему в след:

    – Цветы заодно пособирай! Придет Никитишна, сменяем на ее горлодерку, – поворачивается к Константину. – Ты на Васюху-то не обижайся, нервный он с тех пор как мраморный крест с могилы отца почти задаром пропил.

    Вскоре возвращается повеселевший Василий.

    – Разливай, я Костика подниму, – поднимает Константина.

    – Дрогнем, Константин, – говорит Степан. – Кто старое помянет...

    Константин водку не берет.

    – Ты это, на меня не держи, с кем не бывает, – говорит Василий, взволнованно шевеля ноздрями над своей порцией. Константин продолжает обиженно молчать. Василий горячится.

    – Не тяни! – подносит стакан к его губам. – Ты чего ухмыляешься? брезгуешь с нами? Смотри, какую морду скривил, гад, зубы скалит, счас я...

    Василий разжимает челюсти Константина и насильно вливает водку. – Пей! Пей, говорю! Ты меня знаешь, – бьет по шее. – Пей!

    – Васек, хватит его, у него рожа и так уже вся. Отрывается от коллектива, будет сам копать для одиноких старушек, таких как вчерашняя, – Степан кивает в направлении ближайшей могилы. Земля на могилке в этот момент начинает двигаться, расползается в стороны, и на поверхности появляется дрожащая человеческая рука, а за ней возникает голова Константина.

    – Кахы... кахы, тьфу, – отплевывается она и спрашивает: – Братки! Пы-похмелиться есть, а то мне что-то груди сильно сжало и не отпускает.

    Светлеет. Ветер играет волосами покойной старушки. Слышно как судорожно и с шумом пачкает брюки Степан, каркают вороны, да всхлипывает уронивший на землю стакан Василий.

    Автор: Чокнутый горнист

      Комментарии:

      Это интересно!